Книга "Размышления" - это личные записи Марка Аврелия Антонина, сделанные им в 70-е годы II века н.э. Они отражают упорное стремление Марка Аврелия руководствоваться в своем мироощущении стоическим учением. Благодаря исключительному положению Марка Аврелия и его развившемуся литературному дарованию этот документ, позволяющий (редчайший случай в истории античной литературы!) наблюдать не столько даже личную жизнь, сколько напряженную личную работу над освоением достижений многовековой стоической традиции, стал впоследствии одним из наиболее читаемых памятников мировой литературы.
1. От деда
моего Вера - добронравие и не гневливость.
2. От славной памяти, оставленной по себе родителем, скромное,
мужеское.
3. От матери благочестие и щедрость, воздержание не только от дурного
дела, но и от помысла такого. И еще - неприхотливость ее стола, совсем не как у
богачей.
Писано в области Квадов близ Грана.
1. С утра говорить себе наперед: встречусь с суетным, с неблагодарным,
дерзким, с хитрецом, с алчным, необщественным. Все это произошло с ними по
неведению добра и зла. А я усмотрел в природе добра, что оно прекрасно, а в
природе зла, что оно постыдно, а еще в природе погрешающего, что он родствен мне
-- не по крови и семени, а причастностью к разуму и божественному наделу. И что
ни от кого из них не могу я потерпеть вреда -- ведь в постыдное никто меня не
ввергает. а на родственного не могу же я сердиться или держаться в стороне от
него, раз мы родились для общего дела, как ноги и руки, как ресницы, как верхний
ряд зубов и ряд нижний. Так вот: противодействовать другому противно природе, а
негодовать и отвращаться -- это противодействие.
Писано в Карнунте.
1. Высчитывать не только, как с каждым днем растрачивается жизнь и
остается все меньшая часть ее, - и то высчитай, что проживи человек дольше,
неизвестно, достанет ли у него силы-то ума для понимания вещей и того умозрения,
которое заботится об искушенности в божественном и человеческом. Ведь начнет же
дуреть: дышать, кормиться, представлять, устремляться и все такое будет без
недостатка, а вот располагать собой, в надлежащее по всем числам вникать,
первопредставления расчленять и следить за тем, не пора ли уже уводить себя и
прочее, что нуждается в разумной мощи, - это все раньше угасает. Значит должно
нам спешить не оттого только, что смерть становится все ближе, но и оттого, что
понимание вещей и сознание кончаются еще раньше.
1. Главенствующее внутри, когда оно
в сообразии с природой, поворачивается к происходящему так, что ему всегда легко
перестроиться на то, что возможно и дается ему. Не склонно оно к какому-нибудь
определенному веществу, и устремляясь к тому, что само же себе с
оговоркойпоставило, само себе делает вещество из того, что выводят ему
навстречу, -- так огонь одолевает то, что в него подбрасывают; малый светильник
от этого угас бы, а яркий огонь скоро усвояет себе то, что ему подносят, берет
себе на потребу и отсюда-то набирает силу.
2. Не делай ничего наугад, а только по правилам искусства.
1. Поутру, когда медлишь вставать, пусть под рукой будет, что просыпаюсь на человеческое дело. И еще я ворчу, когда иду делать то, ради чего рожден и зачем приведен на свет? Или таково мое устроение, чтобы я под одеялом грелся? -- Так ведь сладко это. -- А ты значит родился для того, чтобы сладко было? И ничуть не для того, чтобы трудиться и действовать? Не видишь ты разве травку, воробышков, муравьев, пауков, пчел, как они делают свое дело, соустрояют, насколько в их силах, мировой строй? И ты после этого не хочешь делать дело человека, не бежишь навстречу тому, что согласно с твоей природой? -- Отдыхать тоже нужно. -- Верно. Так ведь природа дала меру этому, как дала меру еде и питью. И все-таки ты берешь сверх меры, сверх того, что достаточно; а в деле -- нет, все "в пределах возможного". Не любишь ты себя, иначе любил бы и свою природу, и волю ее. Вот ведь кто любит свое ремесло -- сохнут за своим делом, неумытые, непоевшие. Ты, значит, меньше почитаешь собственную свою природу, чем чеканщик свою чеканку, плясун -- пляску, серебро -- сребролюбец, тщеславие -- честолюбец? Ведь эти, когда их захватит страсть, ни еду не предпочтут, ни сон -- только б им умножать то, к чему они устремлены, а для тебя общественное деяние мелковато и недостойно таких же усилий?
1. Естество целого послушно и податливо, а у разума, им
управляющего, нет никакой причины творить зло, потому что в нем нет зла, и не
творит он зла, и ничто от него вреда не терпит. А ведь по нему все происходит и
вершится.
2. Считай безразличным, зябко ли тебе или жарко, если ты делаешь, что
подобает; и выспался ли ты при этом или клонится твоя голова, бранят тебя или же
славят, умираешь ли ты или занят иным образом, потому что и умирать -- житейское
дело, а значит и тут достаточно, если справишься с настоящим.
1. Порок - что такое? То, что ты часто видел. И при
всем, что случается, пусть у тебя под рукой будет: вот - то, что ты часто видел.
Вообще вверху, внизу найдешь все то же - то, чем полны предания древних,
средних, недавних времен, чем и теперь полны города и жилища. Ничто не ново, все
и привычно, и недолговечно.
2. Основоположения могут ли отмереть, если только не угаснут
соответствующие им представления? А разжечь их. снова -- от тебя же зависит.
Могу я здесь как следует применить признание? Раз могу, что же смущаюсь? ведь
то, что вне моего разума, то вообще ничто для моего разума. Пойми это, будешь
прям. А обновление для тебя возможно -- смотри только на вещи снова так, как уже
начинал видеть их, -- в этом обновление.
1. Против тщеславия еще и то помогает, что уж не можешь сказать, будто прожил как философ всю жизнь или хоть с юности -- нет, и людям, и тебе самому явственно, что далек ты от философии. Ты погряз, и теперь нелегко снискать славу философа, да и положение ничуть не способствует. А потому, если ты по правде увидел, в чем дело, так уж оставь то, каков покажешься другим; довольно тебе, если проживешь, сколько тебе там остается, так, как хочет твоя природа. Вот и рассмотри, чего она хочет, и пусть ничто другое тебя не трогает -- изведал же ты, как после стольких блужданий ты нигде не обрел счастливой жизни: ни в умозаключениях, ни в богатстве, ни в славе, ни в удовольствии -- нигде. Тогда где ж она? В том, чтобы делать, чего ищет природа человека. А как ему сделать это? Держаться основоположений, из которых устремления и деяния. Каких основоположений? О добре и зле: нет человеку добра в том, что не делает его справедливым, здравомысленным, мужественным, свободным, и никакого нет зла в том, что не делает противоположного этому.
1. Несправедливый нечестив. Потому что раз природа целого устроила разумные существа друг ради друга, чтобы они были в помощь друг другу сообразно своему достоинству и никоим образом друг другу не во вред, то всякий преступающий ее волю нечестив, понятно, перед природой, старшим из божеств. Также и кто лжет, перед тем же божеством нечестив. Потому что природа целого - это природа сущего, а сущее расположено ко всему, что действительно. А еще называют ее истиной, и она первопричина всего, что истинно. Так вот, кто по своей воле лжет, нечестив, поскольку, обманывая, творит несправедливость; а кто невольно - поскольку впадает в разлад с природой целого и не миролюбив, раз противоречит мировой природе - ведь противоречит самому же себе несомый против истины, потому что получил он от природы побуждения, но пренебрегши ими уж и не способен отличить ложное от истинного.
1. Будешь ли ты когда, душа, добротной, простой, единой, нагой, более явственной, чем облекающее тебя тело? отведаешь ли ты когда дружественного и готового к лишению душевного склада? Будешь ли ты когда наполненной, далекой от нужды, ничего не алчущей, не желающей ничего - одушевленного или неодушевленного - ради вкушения наслаждений: ни времени, чтобы вкушать их долее, ни мест каких-либо и краев, ни воздушного благорастворения, ни человеческого благорасположения? Когда удовольствуешься ты тем, что есть, и возрадуешься всему, что здесь, когда уверишься, что и все у тебя хорошо и что все это от богов, и будет хорошо все, что им мило, что дадут они еще во спасение существа совершенного, благого, прекрасного, все порождающего и соединяющего, окружающего, приемлющего то, что распадается, чтобы вновь породить подобное? Ты будешь ли когда тою, которая и с богами, и с людьми может в одном граде жить, ни в чем их не укоряя и от них не заслуживая осуждения?
1. Свойства разумной души: самое себя видит, себя расчисляет, делает себя такой, какой хочет, плод свой сама же пожинает (ведь плоды растений и то, что соответствует этому у животных, пожинают другие), приходит к своему назначению, когда бы ни поставлен был предел жизни. Тут не то, что в пляске, лицедействе или еще в чем-нибудь таком: вмешается что-нибудь -- и все действо не завершено. Нет, в любой части и где бы ее ни захватили, она делает полным и самодостаточным то, что сама себе положила, как будто говорит: что мое, то при мне. А еще она обходит весь мир и пустоту, его окружающую, и его очертания, распространяется на бесконечность времен, вмещая в себя и всеобщие возрождения после кругообращений; и их она охватывает, обдумывает и узревает, что не увидят ничего особенно затейливого те, кто после нас, как не видали ничего особенно хитрого те, кто были до нас. Нет, сорокалетний, если есть в нем сколько-нибудь ума, благодаря единообразию так или иначе все уже видел, что было и будет. Свойственны также душе разумной и любовь к ближнему, и правда, и стыд, и то, чтобы не предпочитать ничего себе самой, как это свойственно и закону. Ничуть, таким образом, не различаются прямой разум и прямая справедливость.
1. Все, к чему мечтаешь прийти со временем, может быть сей час твоим, если к себе же не будешь скуп, то есть если оставишь все прошлое, будущее поручишь промыслу и единственно с настоящим станешь справляться праведно и справедливо. Праведно -- это с любовью к тому, что уделяет судьба, раз природа принесла тебе это, а тебя этому. А справедливо -- это благородно и без обиняков высказывая правду и поступая по закону и по достоинству. И пусть не помешает тебе ни порок чужой, ни признание, ни речи, ни, конечно же, ощущения этой нарощенной тобою плоти -- страдает, так ее забота. И когда бы ни предстоял тебе выход -- если ты оставишь все остальное и, почитая единственно свое ведущее и то, что в тебе божественного, не того станешь бояться, что надо когда-то прекратить жизнь, а что так и не начнешь никогда жить по природе, тогда будешь ты человек, достойный своего родителя-мира, а не чужестранец в своем отечестве, изумляющийся как неожиданности тому, что происходит изо дня в день, и от всякой всячины зависящий.
МАРК АВРЕЛИЙ (Marcus Aurelius) Марк Аврелий Антонин (26.04.121 г. — 17.03.180 г.), римский император с 07.03.161 г. Родился в сенаторской семье испанского происхождения, по желанию Адриана в 138 г. усыновлен своим дядей Антонином Пием, в 145 г. женился на его дочери Фаустине и в 146 г. провозглашен соправителем. В 161 г. вступил на престол и до 169 г. правил вместе со своим названым братом Луцием Вером.
Период правления Марка Аврелия отмечен ожесточенными оборонительными сражениями, знаменовавшими конец относительно спокойного развития эпохи принципата. В 162 г. было подавлено восстание в Британии и шли бои с хаттами в районе германского лимеса. После войны с парфянами (162—166 гг.) Армения и Осроена оказались в зависимости от римского государства. Возвращаясь из похода, войска занесли в Империю чуму, которая свирепствовала до 189 г. Вторжения маркоманов и квадов в 166—167 гг. вылились в затяжную оборонительную войну на дунайской границе. В 168—172 гг. римские войска под командованием Марка Аврелия вытеснили германские и сарматские племена из Верхней Италии, Реции, Норика, Паннонии и Балканских провинций. Со 172 г. римляне активизировали наступательные действия, но им удалось лишь на короткий срок установить контроль над частью территории современной Чехословакии и Восточной Венгрии. Эпизоды Маркоманской войны 171—175 гг. запечатлены на барельефах 30-метровой колонны Марка Аврелия в Риме.Попытка узурпации верховной власти со стороны наместника Сирии Гая Авидия Кассия в 175 г. и восстание в Египте вновь обострили внутриполитическую ситуацию. В 176 г. Марк Аврелий провозгласил своего сына Коммода соправителем и незадолго до окончания войны умер в Виндобоне от чумы.
Для внутренней политики императора характерно согласие Марка Аврелия с сенатом при одновременном укреплении государственного аппарата Империи и расширении его функций. Пленных варваров не превращали в рабов, а в качестве колонов оставляли в особых пограничных поселениях.
Марк Аврелий обучался у Фронтона и Герода Аттика риторике и со 146 г. начал проявлять интерес к философии. Он сделался одним из наиболее выдающихся представителей поздней, эклектической Стои. Под влиянием учения Эпиктета ведущее место в его философских рассуждениях заняла этика. Он призывал бескорыстно любить ближних и заниматься нравственным совершенствованием. Счастье достается путем познания правящего миром естественного закона и верой в его разумность. Человеческий разум божественного происхождения, и поэтому все люди равны. Поскольку Марк Аврелий требовал, чтобы каждый исполнял свою роль на отведенном ему судьбой месте, он выступал в качестве апологета существующего строя. В отличие от философии древней Стои он отделял бога от природы, приближаясь к взглядам Платона. Во время войны на дунайской границе написан трактат «Наедине с собой» (греч. “Та eis heauton”). Это сочинение долгое время пользовалось большой популярностью. Издана биография Марка Аврелия в “Histona Augusta”, и имеются статуя в Античном собрании Государственных музеев в Берлине, бюст в Дрездене в Альбертинуме. Конная статуя Марка Аврелия (единственно сохранившаяся) стоит в Риме на сооруженном Микеланджело в 1537 г. постаменте на Капитолийском холме.
На правах рекламы :
R! ph метр купить телефон на сайте и ph метр купить найти новые статьи . ВАКАНСИИ . +7 (499) 579-30-30 в Столице максимальный потребительский кредит под займ квартиры с 19 лет. . Праздничное оборудование нео неон в Москве для вашего квартиры по приятной цене.